![](/upload/iblock/461/26copv349rwsqr1g9szgsmtqrbrt5hpe/bd18e0634beb82d11d211bf329f2655f.jpg)
Киреев
Сергей
Семенович
О своем прадедушке рассказывает Сазонов Артем Сергеевич:
«На нашей Болховской земле начались фронтовые дороги моего прадедушки Сергея Семеновича Киреева. Семнадцатилетним пареньком через несколько дней после освобождения Болхова он добровольно вступил в здесь же формировавшееся из местной молодежи подразделение, был зачислен в роту автоматчиков 68-й отдельной танковой бригады. Моему дедушке, проводившему вместе с престарелыми родителями на войну уже трех своих старших братьев, довелось пережить вступление в город немецких войск, почти два года оккупации и уцелеть в ожесточенных обстрелах и бомбежках при освобождении Болхова. Так что в действующую армию пошел он не за романтикой, а по велению совести и гражданского долга, хорошо зная, какое это страшное дело — война. В конце сентября в бою под Новозыбковом на Северном фланге Орловско-Курской дуги принял свое первое боевое крещение. Сразу же после группы прорыва, осуществляя пехотную поддержку наступающих танков, вошли наши земляки в первый освобожденный с их участием русский город.
И вот уже Украина, Черниговщина. Здесь навсегда врезалось ему в память форсирование Днепра. Не сравнить Днепр с родным Нугрем – полноводен он и глубок, а на той стороне – жестокий, хитрый враг. И бьет он так из всех имеющихся огневых средств, что в иные моменты казалось, что река становилась на дыбы. Но приказ есть приказ. И вперед, боец Киреев, в самое пекло. На какой-то утлой лодочке со своими же Болховскими ребятами сумел он все же перебраться через Днепр, закрепиться, отвоевать в составе передового отряда небольшой плацдарм, на который удалось навести понтонный мост для наших танков. Далее бригада действовала на Киевском направлении. Сам город освобождали другие части, 68-й танковой же остался трудный участок — болотистая низина на линии Мозырь-Калиновичи. Немцы хорошо укрепились, имели мощную оборону, а передвижение наших танков ограничивали болота. Одна за другой подбитые прицельным огнём вспыхивали машины. Вот остановился и танк командира роты. Из открывшегося люка вывалился офицер, приподнялся и упал опять.
Прадедушке и еще одному бойцу был дан приказ вынести с поля боя раненого командира. Где ползком, где перебежками продвигались они вперед. Упал и больше не поднялся друг, а Киреев все пробирался вперед. До подбитого танка оставалось совсем немного, когда от близкого разрыва мины свет померк в его глазах. Несколькими осколками Сергею выбило два ребра, проникли они и в правое легкое. Очнулся дедушка уже в госпитале, как позже узнал, пока он был без сознания, под Киевом сложил голову и был похоронен в селе Шевченко его брат Василий, воевавший с первого дня войны. В феврале 1944 года Сергей Семенович вновь в строю. Попал в 28-ю танковую дивизию. Совсем недолго удалось повоевать теперь уже сержанту, командиру отделения Кирееву, как новое ранение — теперь уже в руку.
После непродолжительного лечения — вновь фронт. В составе 307-го стрелкового полка 61-й дивизии Сергей Семенович освобождал Брест, бои за который были особо кровопролитными. Хотя по радио передали, что город взят, он в течение короткого времени трижды переходил из рук в руки, пока немцев не выбили оттуда окончательно. Тогда-то и получил Киреев свою первую солдатскую награду — медаль «За отвагу».
И еще одно памятное форсирование, но теперь уже Нарвы. Враг перекрыл все подступы к реке, взорвал мосты. Каждое продвижение вперед стоило большой крови. Погиб комбат, затем комроты. Подняв за собой взвод, по остаткам разрушенного моста, под непрерывным огнем пробирался Сергей через реку, но в одном месте подвела доска, и он оказался в воде. Ухватившись за обломок той же доски, под пулями и разрывами снарядов и мин плыл он в сторону вражеского берега. Помогла и опустившаяся к тому времени ночь. Постепенно скопилось в ивняке до 70 наших бойцов, а когда стало светать, они молниеносным броском захватили соседнюю высотку и очистили участок берега от неприятеля. После боя грудь бойца украсил орден Славы третьей степени, стал он старшим сержантом и командиром взвода. Дальше были кровопролитные бои в Восточной Пруссии, участие в освобождении Варшавы и наступление на Берлин. Радостно было, что сжимается кольцо вокруг врага в его логове, но до слез обидно, что многим нашим ребятам погибать пришлось на чужой стороне. В апреле 1945 года в бою восточнее Берлина Сергей Семенович был вновь тяжело ранен. Осколок на 1,5 сантиметра выше глаза пробил голову, повредил мозговую оболочку. Чудом остался жив, почти год находился на излечении в различных госпиталях. Инвалидом II-й группы вернулся в 1946 году в родной Болхов двадцатилетний парень. К тому времени умер, подорвав здоровье во время оккупации, отец. И еще одно печальное событие ждало дома Сергея — известие о гибели брата Василия. Никто ничего не знал о судьбе другого брата —Дмитрия, кадрового военного, капитана-танкиста. Не было ничего известно и о судьбе его семьи — жены и двух детей, оставшихся в войну в блокадном Ленинграде. Вернулся с фронта лишь старший брат Петр, но семь ранений, полученных в боях, сделали свое черное дело, и в 1949 году его не стало.
Война разрушила и старый домишко Киреевых — жил Сергей с матерью первое время в землянке. Несмотря на инвалидность, пошел на работу. Через год женился, взял ссуду, начал строить дом. В праздничные дни надевал единственный пиджак с боевыми наградами, на лацканах которого поблескивали орден Славы и медали «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За взятие Кенигсберга». За прошедшие с того времени годы Сергей Семенович вместе с супругой Любовью Александровной вырастили трех дочерей. «В войне нас поддерживала не только любовь к Родине, желание освободить ее от фашистской нечисти, но большая дружба, взаимопомощь и взаимовыручка между бойцами. В нашем взводе были и узбеки, и казахи, и, конечно, русские, украинцы, белорусы. И никогда мы не разделяли друг друга по национальностям, вере. Жили одной семьей, делили последнюю горбушку хлеба. Почему же сейчас республики не могут жить дружно? И, думаю, что дело тут не в людях, а в правителях. И если договорятся, все они продолжат жить дружно и можно быть уверенным, что мы не напрасно кровь на войне проливали», — так всегда говорил прадедушка».
«На нашей Болховской земле начались фронтовые дороги моего прадедушки Сергея Семеновича Киреева. Семнадцатилетним пареньком через несколько дней после освобождения Болхова он добровольно вступил в здесь же формировавшееся из местной молодежи подразделение, был зачислен в роту автоматчиков 68-й отдельной танковой бригады. Моему дедушке, проводившему вместе с престарелыми родителями на войну уже трех своих старших братьев, довелось пережить вступление в город немецких войск, почти два года оккупации и уцелеть в ожесточенных обстрелах и бомбежках при освобождении Болхова. Так что в действующую армию пошел он не за романтикой, а по велению совести и гражданского долга, хорошо зная, какое это страшное дело — война. В конце сентября в бою под Новозыбковом на Северном фланге Орловско-Курской дуги принял свое первое боевое крещение. Сразу же после группы прорыва, осуществляя пехотную поддержку наступающих танков, вошли наши земляки в первый освобожденный с их участием русский город.
И вот уже Украина, Черниговщина. Здесь навсегда врезалось ему в память форсирование Днепра. Не сравнить Днепр с родным Нугрем – полноводен он и глубок, а на той стороне – жестокий, хитрый враг. И бьет он так из всех имеющихся огневых средств, что в иные моменты казалось, что река становилась на дыбы. Но приказ есть приказ. И вперед, боец Киреев, в самое пекло. На какой-то утлой лодочке со своими же Болховскими ребятами сумел он все же перебраться через Днепр, закрепиться, отвоевать в составе передового отряда небольшой плацдарм, на который удалось навести понтонный мост для наших танков. Далее бригада действовала на Киевском направлении. Сам город освобождали другие части, 68-й танковой же остался трудный участок — болотистая низина на линии Мозырь-Калиновичи. Немцы хорошо укрепились, имели мощную оборону, а передвижение наших танков ограничивали болота. Одна за другой подбитые прицельным огнём вспыхивали машины. Вот остановился и танк командира роты. Из открывшегося люка вывалился офицер, приподнялся и упал опять.
Прадедушке и еще одному бойцу был дан приказ вынести с поля боя раненого командира. Где ползком, где перебежками продвигались они вперед. Упал и больше не поднялся друг, а Киреев все пробирался вперед. До подбитого танка оставалось совсем немного, когда от близкого разрыва мины свет померк в его глазах. Несколькими осколками Сергею выбило два ребра, проникли они и в правое легкое. Очнулся дедушка уже в госпитале, как позже узнал, пока он был без сознания, под Киевом сложил голову и был похоронен в селе Шевченко его брат Василий, воевавший с первого дня войны. В феврале 1944 года Сергей Семенович вновь в строю. Попал в 28-ю танковую дивизию. Совсем недолго удалось повоевать теперь уже сержанту, командиру отделения Кирееву, как новое ранение — теперь уже в руку.
После непродолжительного лечения — вновь фронт. В составе 307-го стрелкового полка 61-й дивизии Сергей Семенович освобождал Брест, бои за который были особо кровопролитными. Хотя по радио передали, что город взят, он в течение короткого времени трижды переходил из рук в руки, пока немцев не выбили оттуда окончательно. Тогда-то и получил Киреев свою первую солдатскую награду — медаль «За отвагу».
И еще одно памятное форсирование, но теперь уже Нарвы. Враг перекрыл все подступы к реке, взорвал мосты. Каждое продвижение вперед стоило большой крови. Погиб комбат, затем комроты. Подняв за собой взвод, по остаткам разрушенного моста, под непрерывным огнем пробирался Сергей через реку, но в одном месте подвела доска, и он оказался в воде. Ухватившись за обломок той же доски, под пулями и разрывами снарядов и мин плыл он в сторону вражеского берега. Помогла и опустившаяся к тому времени ночь. Постепенно скопилось в ивняке до 70 наших бойцов, а когда стало светать, они молниеносным броском захватили соседнюю высотку и очистили участок берега от неприятеля. После боя грудь бойца украсил орден Славы третьей степени, стал он старшим сержантом и командиром взвода. Дальше были кровопролитные бои в Восточной Пруссии, участие в освобождении Варшавы и наступление на Берлин. Радостно было, что сжимается кольцо вокруг врага в его логове, но до слез обидно, что многим нашим ребятам погибать пришлось на чужой стороне. В апреле 1945 года в бою восточнее Берлина Сергей Семенович был вновь тяжело ранен. Осколок на 1,5 сантиметра выше глаза пробил голову, повредил мозговую оболочку. Чудом остался жив, почти год находился на излечении в различных госпиталях. Инвалидом II-й группы вернулся в 1946 году в родной Болхов двадцатилетний парень. К тому времени умер, подорвав здоровье во время оккупации, отец. И еще одно печальное событие ждало дома Сергея — известие о гибели брата Василия. Никто ничего не знал о судьбе другого брата —Дмитрия, кадрового военного, капитана-танкиста. Не было ничего известно и о судьбе его семьи — жены и двух детей, оставшихся в войну в блокадном Ленинграде. Вернулся с фронта лишь старший брат Петр, но семь ранений, полученных в боях, сделали свое черное дело, и в 1949 году его не стало.
Война разрушила и старый домишко Киреевых — жил Сергей с матерью первое время в землянке. Несмотря на инвалидность, пошел на работу. Через год женился, взял ссуду, начал строить дом. В праздничные дни надевал единственный пиджак с боевыми наградами, на лацканах которого поблескивали орден Славы и медали «За отвагу», «За освобождение Варшавы», «За взятие Кенигсберга». За прошедшие с того времени годы Сергей Семенович вместе с супругой Любовью Александровной вырастили трех дочерей. «В войне нас поддерживала не только любовь к Родине, желание освободить ее от фашистской нечисти, но большая дружба, взаимопомощь и взаимовыручка между бойцами. В нашем взводе были и узбеки, и казахи, и, конечно, русские, украинцы, белорусы. И никогда мы не разделяли друг друга по национальностям, вере. Жили одной семьей, делили последнюю горбушку хлеба. Почему же сейчас республики не могут жить дружно? И, думаю, что дело тут не в людях, а в правителях. И если договорятся, все они продолжат жить дружно и можно быть уверенным, что мы не напрасно кровь на войне проливали», — так всегда говорил прадедушка».
Отправитель:
Сазонов Артем Сергеевич